А. Манчук
104 Года по делу №144 потребовал обвинитель на процессе одесских комсомольцев
В ходе судебных прений 14 июня государственный обвинитель по делу №144 обнародовал сроки приговора, затребованные прокуратурой для подсудимых:
Яковенко – 15 лет с конфискацией имущества;
Данилов – 15 лет с конф.
Алексеев – 14 лет с конф.
Зинченко – 13 лет с конф.
Герасимов – 11 лет конф.
Романов – 10 лет с конф.
Смирнов – 8 лет с конф.
Плево – 8 лет с конф.
Семенов – 5 лет с конф.
Польская – 5 лет с испытательным сроком 2 года.
Их общая сумма составляет 104 года, – не считая “доли” погибшего Бердюгина, которая пополнила бы эту страшную “копилку” судебных приговоров (впрочем, дело против мертвого комсомольца по-прежнему не закрыто). Как ожидается, суд несколько снизит сроки для ряда подсудимых – несовершеннолетней Польской, покалеченного Алексеева и Плево, как сотрудничавших со следствием по версии их защиты. Однако исключительная жестокость затребованного обвинением приговора шокировала присутствующих в зале суда людей, еще раз подтвердив версию о грязном, заказном характере “Одесского” дела.
Судебное разбирательство по делу №144 может быть названо первым крупным процессом против представителей левых организаций Украины. На важность его политической составляющей особо указывает само обвинение – в обширном перечне “преступлений, которые представляют высокую общественную опасность”. Именно на ней, а не на сомнительных уголовных сюжетах, строит свою линию прокурор. Именно она “тянет” на десятилетия затребованных им сроков.
Особо опасные преступники “вручили один экземпляр газеты гражданину Стародубцеву”. Они “распространили 21 экземпляр листовки, после чего скрылись с места преступления”, “наклеили листовки на сегменты ограждений”. При этом, главарь ОПГ Яковенко “лично изготовил текст” конфискованных агитматериалов, приравненных к складам оружия и боеприпасов.
Прецедент создан и озвучен. Эти откровенно нелепые, смешные на слух обвинения могут быть предъявлены всякому левому активисту – равно как обвинение в “призыве к насильственному свержению конституционного строя”, под которое подпадают публикации большинства левых изданий страны. Фашизм, в виде недалекого, исполнительного прокурора, подводящего под уголовные статьи обычную политическую работу комсомольцев, уже кует свою законодательную базу, – завтра она может быть применена против каждого из нас.
Что касается фактажа, его обеспечат действия тех, кто свел в могилу Сергея Бердюгина, и выбил признания его подельников. Практически все подсудимые отказались от своих первоначальных показаний, ссылаясь на “недозволенные методы следствия”, – но этот факт не озаботил ни прокуратуру, ни откровенно предвзятый суд. Доводы адвокатов, высмеявших версию “сознательного террористического акта” (поджог джипа гражданки Кабанец), указавших на отсутствие “организованной преступной группы” (по словам одного из защитников, имела место лишь “идейная общность взглядов на устройство общества”), отсутствие корыстных мотивов в действии каждого из подсудимых, на явную недоказанность вины Яковенко, Зинченко, Семенова и массу других юридических неувязок, были откровенно проигнорированы. Власть, прокуратура, спецслужбы желают показательного осуждения молодых “террористов” и, несомненно, добьются своего.
Тем не менее, мы должны продолжать борьбу за политзаключенных – за снижение их драконовских сроков и полное освобождение. Лишь эта борьба может предотвратить новые “террористические” дела против левых организаций. В противном случае, они ждут нас уже в ближайшем будущем.